logo_header

Третья война за "киевское наследие". Очерки о подлинной истории России

11 ноябрь 2022 г. 18:06от Андрей Введенский
Поделиться:
vkok

Кандидат исторических наук Андрей Введенский специально для Дрона подготовил серию авторских колонок под общим названием Очерки о подлинной истории России. Читайте эти исторические тексты на нашем сайте на выходных.

Ранее вышли такие публикации:
Часть 1. Почему эта война вообще началась
Часть 2. Как Москва стала столицей
Часть 3. Литовская альтернатива Москве
Часть 4. Московское завоевание Новгорода
Часть 5. Освобождение Московии от власти Орды
Часть 6. Первая война за "киевское наследие"
Часть 7. Покорение Перми и Вятки
Часть 8. Вторая война за "киевское наследие" (1500-1503)

Вторжение московской армии в Литву (слева), контрнаступление литовцев под Оршей (справа). Миниатюры Лицевого летописного свода XVI века

Казалось бы, приход к власти в Московии и Литве новых правителей с разницей в один год давал реальный шанс на изменение траектории межгосударственных отношений. Пусть не на полноценный мир и сотрудничество, но хотя бы на мирное сосуществование. Однако Москва настолько глубоко въехала в колею "собирания земель" древней Руси, что уже просто не могла остановиться, а Вильно ничего не оставалось делать, как воевать.

В 1505 году новым московским великим князем и государем стал Василий III. Он уже три года был соправителем отца, поэтому особых перемен от смены самодержца соседи Московии не почувствовали. В 1506 году новым литовским великим князем, а затем и польским королем был избран Сигизмунд. Он получил прозвище "старый", потому что воссел на престол зрелым мужчиной после смерти двух своих старших братьев.

Начало правления Василия III сразу было омрачено войной. Пока еще существовала Большая Орда, у Московии сложились союзнические отношения с Крымским ханством, а казанским ханом был московский ставленник Мухаммед-Амин. Однако после окончательного разгрома Орды в 1502 году крымскому хану больше не требовался союз с Москвой, а казанский хан начал стремиться к полной самостоятельности. Укрепившись на троне, Мухаммед-Амин в июне 1505 года ограбил московских купцов в Казани и задержал посла, а в сентябре осадил Нижний Новгород. Город был защищен стенами с пушками, но при этом почти лишен гарнизона. И чтобы уберечься, комендант приказал выпустить из темницы литовских воинов, взятых в плен после поражения на Ведроши. Литовцы отбили нападение. В апреле-июне 1506 года московские походы на Казань дважды закончились поражением. Весной 1507 года начались, а осенью завершились переговоры, восстанавливавшие довоенный статус-кво.

Василий III. Изображение wikimedia.org

Как раз в это время, в январе 1507 года, в Москву прибыли литовские послы с предложением превратить Благовещенское перемирие 1503 года в "вечный мир" при условии отказа Василия III от завоеваний его отца. Естественно, предложение было отвергнуто, и в феврале литовский сейм ввел специальный налог на будущую войну. Еще до этого, осенью 1506 года, был заключен не просто мир, а союз с Крымом, обезопасивший южный литовский фланг.

Боевые действия начались весной – литовские войска разорили окрестности Брянска и сожгли Чернигов. В ответ Московия двинула на Литву две рати: одну на Смоленск, вторая действовала в Северской земле, но ни одна не добилась успеха. В июле крымское войско совершило нападение на Верховские города Белев, Одоев и Козельск, но 9 августа оно было разбито на Оке. Окрыленные победой, московиты в сентябре двинулись вглубь Литвы, осадили Мстиславль и Кричев, но, не сумев взять эти города, отошли. Так же безрезультатно закончился их сентябрьский поход на Полоцк.

Казалось, в литовско-московском противостоянии наметился решительный перелом. Но все предыдущие успехи обнулились внутренней распрей в Великом княжестве Литовском, известной как мятеж Глинского.

Князь Михаил Глинский был, наряду с Константином Острожским, одним из сильнейших и богатейших литовских вельмож на землях древней Руси. И как это часто бывает, он находился в смертельной вражде с другим магнатом – трокайским воеводой. Конфликт их тянулся более пяти лет, сыпались взаимные обвинения в государственной измене, дело их несколько раз должен был рассматривать великий князь Александр, а затем и Сигизмунд, но каждый раз откладывал. В конце концов, в феврале 1508 года Глинский захватил и убил своего недруга, после чего начал мятеж.

Чтобы привлечь на свою сторону белорусско-украинских князей, Глинский объявил, что всех православных Литвы собираются сделать католиками, а отказавшихся казнят. Известие это было тем нелепее, что сам Глинский был католиком! Потерпев неудачу при штурме Ковно, мятежник укрылся в своей резиденции Туров и начал активную переписку как с литовским великим князем Сигизмундом, так и с московским – Василием III. Кто был инициатором перехода Глинского во вражеский стан – он сам или Василий – до конца не ясно, но в любом случае уже в марте сделка была заключена. Глинский становился московским подданным со всеми своими городами и землями, а также теми, которые он собирался захватить, а Василий признавал их его вотчинами.

Сигизмунд I. Изображение wikimedia.org

Первым без боя мятежникам сдался Мозырь – его наместник был родственником Глинского. Вскоре к князю приехал крымский посол с предложением перейти на службу к хану Менгли Гераю, за что тот обещал пожаловать ему Киев с окрестностями. Но Глинский ответил отказом, потому что Василий III уже распорядился прислать ему на подмогу своих воевод. Мятеж в тылу врага был прекрасным шансом исправить нерадостную ситуацию на фронте, и Москва не собиралась упустить его.

В апреле-мае 1508 года Михаил Глинский предпринял попытку овладеть несколькими городами в Литве, но крайне маловероятно, чтобы ему удалось это сделать – все его силы исчислялись в 2-3 тысячи человек. В это же время его брат Василий действовал на Киевщине и даже якобы осаждал Житомир и Овруч, обещая местной знати восстановление Великого княжества Киевского.

В июне начали прибывать первые московские войска – две армии общим числом в 50 тысяч человек. Объединенными усилиями мятежников и московитов был осажден Минск. Однако спустя две недели осаду пришлось прекратить. Так же безрезультатно окончилась осада Слуцка и Борисова. Один лишь Друцк сдался мятежникам, а его князья перешли к Глинскому на службу.

Критический момент настал в начале июля 1508 года, когда Орша была осаждена отрядами Глинского и 30-тысячным московским войском Данилы Щени. А 13 июля к городу на выручку подошла 16-тысячная литовская армия во главе со старым новым гетманом и давним противником Щени – Константином Острожским (который еще 2 мая захватил Туров). До 22 июля два войска стояли друг напротив друга, но наученный горьким опытом Ведроши, Острожский не спешил атаковать врага. Поняв, что в этих условиях Оршу не взять, московиты ушли на Мстиславль, который также не смогли захватить, и вернулись домой. На волне успеха литовцы взяли потерянные в прошлую войну Белый, Торопец, Дорогобуж и даже Вязьму, но Щеня вскоре отбил их. Сильные ливни затормозили дальнейшие боевые действия.

Глинский направился в Москву, где был принят Василием III, пожалован двумя городами, селами и подарками, а также получил в помощь воеводу с ратью. Но пока он в Мозыре обдумывал продолжение войны, начались литовско-московские мирные переговоры, которые завершились 8 октября 1508 года подписанием договора.

Михаил Глинский с женой в тюрьме. Польская литография 1901 года. Изображение wikimedia.org

Важнейшим условием мира было возвращение Литве Любеча с окрестностями. Городок был небольшой, но потеряв его, Московия утратила прямой выход к Днепру. Остальные завоевания оставались за Москвой. Оба государства договорились более не воевать за междуречье Оки и Днепра и не заключать направленных против соседа соглашений с Менгли Гераем. В отличие от прошлого перемирия, все пленники возвращались домой, кроме тех, кто попросил в Москве убежища. Глинский и его сторонники получили право свободного выезда из Литвы вместе с имуществом, но все их земли были конфискованы и розданы лоялистам. Его родной Туров отошел Острожскому.

Результаты этой кратковременной войны были чрезвычайно важны. Во-первых, каток московского наступления на Восточную Европу был не просто остановлен, но даже отброшен назад. Конечно, один город – ничто в сравнении с предыдущими успехами Москвы, но начало было положено. Во-вторых, однако, победа досталась Литве лишь благодаря унии с Польшей и союзу с Крымом – без выполнения этих условий все могло закончиться куда плачевнее. И в подтверждение этого тезиса с октября 1508 года до заключения нового соглашения в 1512 году крымские войска ежегодно нападали на литовские земли. Ну и, наконец, в-третьих, сила Москвы была не только в ее войсках, но и в православных подданных Литвы, которых было легко соблазнить религиозными лозунгами. Без учета всего этого рассчитывать на новые победы не приходилось.

Стремясь компенсировать не самые благоприятные результаты войны, московское правительство повело наступление на права последней республики в Северо-Восточной Руси – Господина Пскова. 13 января 1510 года вечевой колокол был снят, и Псковщина окончательно присоединена к Московии. Как и в случае с Новгородом и Вяткой, 300 семей городского нобилитета были переселены в Подмосковье. Связанная мирным договором Литва не могла оказать псковичам помощь.

Предыдущие мирные московско-литовские соглашения, вне зависимости от формального срока действия, нарушались уже спустя шесть лет. В этот раз отдыхать от войны довелось лишь четыре года.

А что же Глинский? Он, неудовлетворенный результатом своей деятельности, во время следующей войны попытался перейти обратно на службу Сигизмунду, но был схвачен и посажен в тюрьму, затем выпущен, а потом посажен вновь, где и умер.