![](/content/images/size/w1304/2024/07/tg_image_1948632097.jpeg)
На следующий день после начала российского наступления на севере Харьковской области в мае этого года, в регион прибыл бригадный генерал Михаил Драпатый и возглавил это направление фронта.
Драпатый - один из командиров, руководивших освобождением правобережья Херсонщины в 2022 году, заместитель начальника Генштаба Вооруженных сил Украины (ВСУ).
Благодаря дополнительным резервам, направленным на север Харьковщины командованием ВСУ в первые недели, удалось остановить российское наступление, рассказывает в интервью "Дрону" спикер Оперативно-тактической группировки украинских сил "Харьков" полковник Юрий Повх.
За первый месяц боевых действий, с 10 мая по 10 июня 2024, враг потерял на севере Харьковщины более 4 000 человек убитыми и ранеными, более 160 артиллерийских систем, более 60 боевых бронированных машин и 50 танков. Были поражены 425 блиндажей и 37 складов боеприпасов.
Сейчас эти цифры гораздо больше. При этом каждый день обстановка меняется, тишины на Харьковском направлении нет, добавляет Повх. Происходит от 10 до 20 боевых столкновений ежедневно.
- У россиян потери больше, чем у украинской армии?
- Безусловно. Соотношение кратное.
- Говорят, главной целью российской армии было отвлечение украинских сил от других направлений фронта?
- У них был комплекс целей. И растягивание линии боевого столкновения, и отвлечение наших сил, которые находились в резерве, на ротации или на других участках фронта.
Читайте далее: Каков план России в Харьковской области? "Дрон" опросил украинских военных и экспертов
- Есть ли у россиян возможность возобновить активные наступательные действия? Возможен ли прорыв?
- Войска россиян остановлены, но бои продолжаются. На некоторых участках довольно ожесточенные. К сожалению, у нас нет паритета в воздухе. Поэтому враг может использовать корректируемые авиационные боеприпасы, модифицированные авиабомбы, которые он сбрасывает как и в сторону наших боевых порядков, так и на мирную инфраструктуру, на мирные города и села Харьковщины. На город Харьков.
- Есть ли планы у украинских сил проводить контрнаступательные действия на севере Харькова?
- Штабы постоянно работают над этим. На то она и армия, чтобы планировать наступательные действия.
- Есть сообщения о строительстве врагом фортификационных сооружений вблизи Волчанска. Значит ли это, что отныне откинуть россиян назад будет сложно и удастся не скоро?
- Любая пехота в мире после команды "Стой!" достает саперные лопатки и начинает окапываться - так меня учили еще 40 лет назад. А в действиях пехоты, поверьте, мало что изменилось. То, что враг занимается инженерными сооружениями, не значит, что "все пропало". Пехота всегда ищет возможность обезопасить себя от огня противника. Так поступают во всех армиях мира. Так же действуют и наши военнослужащие.
Использует ли враг инженерную технику для создания инженерных сооружений, ограждений, окопов и траншей? Да, использует. При этом каждые сутки мы докладываем украинскому обществу о том, что уничтожено какое-то количество специальной техники, в том числе инженерной. Инженерная техника врага становится добычей либо наших артиллеристов, либо наших операторов FPV-дронов.
"Российская пехота не ценит собственную жизнь"
- ВСУ сразу после разрешения на применение западного оружия ударили по установкам С-300 и С-400 врага, находящимся на российской территории в приграничье. Это была военная потребность или, скорее, стремление облегчить жизнь харьковчанам, которые страдали от ударов соответствующих ракет практически с начала войны?
— Это опять-таки комплексный вопрос. Речь идет не только об облегчении жизни людям, что, безусловно, очень важно. Крайне важно для Сил обороны Украины было иметь возможность уничтожать силы и средства врага на подходе к небольшой полосе вдоль границы, которую врагу удалось захватить - на этапе развертывания, концентрации сил, выхода малыми группами в приграничье.
В одном служебном общении с руководителями достаточно высокого уровня пришлось услышать об эпизоде, когда россияне смогли довести до линии боевого столкновения всего 10% личного состава подразделения. То есть, условно, из роты дошло только 10 человек. Все остальные были разбиты огнем украинской артиллерии. Поэтому россияне начали использовать тактику малых групп, большими группами передвигаться у них просто нет возможности. Они подвозят боеприпасы на квадроциклах, мотоциклах. Автомобильная техника тоже не может свободно передвигаться. И во многом это стало возможным благодаря разрешению бить по приграничью России.
Читайте далее: Харьков: город заколоченных окон. Репортаж "Дрона"
- Является ли уменьшение ударов ракетами С-300 и С-400 по Харьковщине следствием этого разрешения от партнеров? Сейчас россияне чаще используют корректируемые авиационные бомбы, КАБы.
- Что касается С-300 и С-400, то ударов фактически нет, но это не значит, что завтра они не подтянут очередной дивизион и не начнут террористическую деятельность - пока дивизион не будет уничтожен. Мы имеем дело с очень беспринципным и безжалостным, даже к своим, противником. В разговорах с украинскими командирами высокого уровня приходилось слышать удивление от того, насколько не ценит собственную жизнь российская пехота. В то же время, наши командиры не могут понять российских, отправляющих под огонь группу за группой. И это происходит уже довольно продолжительное время. Были дни, когда у нас не было боевых столкновений. Но это было тогда, когда подразделения россиян на линии боевого столкновения несли такие потери, что просто не могли ничего сделать. Сейчас тенденция - по 6-8 боевых столкновений в Волчанске практически каждый день.
- Что нужно для эффективного противодействия КАБам, которые сейчас терроризируют Харьков и Харьковскую область?
- Сбивать непосредственно КАБ неправильно с любой точки зрения, и с военной, и с экономической. Надо бороться с носителями, то есть с самолетами. Российские самолеты в воздушное пространство Украины не заходят, они держатся от границы достаточно далеко. И эта длинная рука нам, безусловно, нужна для того, чтобы минимизировать потери Харьковщины - и среди военных, и, безусловно, среди гражданских.
Речь идет о комплексе средств. Это и самолеты, и разведка как воздушного, так и наземного базирования, ПВО, способное сбивать самолеты на большом расстоянии, средства, которые будут прикрывать это ПВО, средства, которые будут сбивать небольшие разведчики, то есть парализовывать разведывательную деятельность врага над нашей территорией.
- Тогда мы сможем сбивать российские самолеты на территории России?
- Если реализовать то, что я сказал, да. Но это только мое мнение. Я не уполномочен обсуждать решения стратегического уровня.
- Что было бы, если бы партнеры, в частности американцы, позволили бить своим оружием по всей территории России? Какие преимущества это нам дало бы?
- Любая новая возможность - плюс в нашу способность уничтожать врага. Логически напрашивается ответ, что при увеличении возможностей и ресурсов мы сможем гораздо больше.
"На Харьковском направлении сейчас нет недостатка боеприпасов"
- Достаточно ли боеприпасов у подразделений на Харьковском направлении?
- Командиры на местах, когда их спрашивают достаточно ли у них боеприпасов, говорят, что "боеприпасов много не бывает". Если будет больше боеприпасов, они смогут делать больше. В целом сейчас на Харьковском направлении нет недостатка боеприпасов и нет преимущества врага в артиллерии. По артиллерии сейчас паритет.
- Россияне в ходе наступления на севере Харьковщины захватили пятикилометровую полосу вдоль границы. Есть ли возможность строить оборону непосредственно на границе Харьковщины, или же главная линия обороны всегда будет в нескольких километрах от границы?
- Лишь некоторые эксперты и фантазеры из Интернета считают, что линия оборонительных сооружений должна проходить прямо по линии государственной границы. Есть понимание рельефа, есть понимание господствующих высот, понимание целесообразности глубины обороны и т.д. Если вы на склонах условного холма начнете копать окоп, в него натечет вода и вы будете стоять по колено в воде. То есть, военное дело предусматривает адаптацию боевых порядков к рельефу и дальнейшему использованию этого рельефа, со своих позиций, для нанесения поражения противнику.
Если брать военную науку и военные параметры, россияне не выполнили свою задачу и на 20%. Они зашли в полосу обеспечения и на ней, грубо говоря, остановились. Де-факто и де-юре россияне, вклинясь в нашу оборону по нескольким направлениям, там и были остановлены. Сказать, что они добились какого-то большого результата в военном отношении, будет некорректно. Они увязли на начальных позициях.
- Перебрасывают ли россияне свои силы с этого направления на другие, на Донетчину, например, учитывая, что здесь им уже ничего не удается?
- На другие направления не оттягивали, наоборот, стягивают сюда войска, например, из Херсонщины. Из глубины России. Сейчас у них идет постоянная ротация. Они теряют людей, потому и заменяют их. Сюда направляли подразделения из 44-го армейского корпуса, 11-го армейского корпуса, 83-ю отдельную десантно-штурмовую бригаду, понесшую наибольшие потери на нашем направлении. Также сюда направлялись части Балтийского и Тихоокеанского флотов, морская пехота. Они отовсюду собирают силы, чтобы продолжать атакующие бои.
"Харьков - украинский город, это чувствуешь"
- Местные жители Харькова часто говорят, что их город невозможно или, по крайней мере, трудно захватить. Это крупный мегаполис, россиянам на это понадобится чуть ли не несколько лет, много ресурсов, говорят они. Согласны ли вы с такими утверждениями?
- Я им благодарен за такую веру в ВСУ. На самом деле, я отвечу здесь не как представитель Вооруженных сил Украины или ОТУ "Харьков", а как человек. Меня, с одной стороны, как отца, очень смущает, что харьковчане привыкают к пребыванию в экстремальных условиях. То есть, при оглашении воздушной тревоги дети продолжают играть на площадках. После прилетов в городе, по факту, ничего не меняется. Это опасно и для гражданских, и для военных. Привыкание к опасности приводит к ее игнорированию.
Но я восхищаюсь здешними людьми. Кто был в Харькове, условно говоря, 20 лет назад, и кто приедет сюда сейчас, увидит, что город стал украиноязычным. Это уникальная история. Похоже, нигде ВСУ так не любят, как в Харькове. Я в основном ношу гражданскую одежду из-за специфики работы. Но местные сразу "вычисляют" военных, и переходят на украинский, хотя только что говорили по-русски.
Вот говорят: "Харьков несокрушимый". Я бы немного перефразировал и сказал бы: "Город несокрушимых". Харьков - украинский город, это чувствуешь. Харьковчане - украинцы, они граждане Украины. Так много людей здесь остались, несмотря на эти ужасные, террористические действия врага. Они здесь живут, ведут бизнес. Это невероятное явление. И, думаю, в историю Украины он, хотя бы отдельной главой, все равно войдет.
- Согласны что захватить Харьков будет крайне тяжело?
- Для выполнения такой стратегической задачи потребуются очень большие силы. Больше даже чем те, что россияне имели в начале войны. Еще в начале полномасштабного вторжения стало понятно, что это была совершенно бессмысленная авантюра россиян. Что такими силами такая страна как Украина, такие города как Харьков, такие масштабы не захватываются. Следовательно, пошел откат, "жесты доброй воли". Россияне ушли из-под Киева, из-под Сум, Чернигова и Харькова. Они поняли, что кавалерийской атакой это не решить. Кстати, именно в Харькове они очень круто получили по зубам. Фактически город дал им понять, что их здесь не ждут.
- Верите ли вы, что оккупированные украинские территории, в том числе на Харьковщине, можно будет отвоевать?
- Если бы у меня не было такой уверенности, я бы, наверное, не служил в Вооруженных силах.
В 2022 году тогдашний командующий ОСУВ "Хортица", генерал-полковник Александр Сырский спланировал и провел известную всем Харьковскую операцию: концентрация усилий, подготовка резервов, своевременное введение резервов в действие, что позволило гнать врага дальше Купянска. Это ли не подтверждение того, что мы можем отвоевывать наши земли? И можем, и умеем, и знаем.
Война - это всегда грандиозное и взаимосвязанное сочетание различных возможностей, ресурсов и т.д. И когда одно из звеньев выпадает, бывает очень сложно. Но, опять-таки, при отсутствии ресурсов в артиллерии, в стволах, в боеприпасах, в 2023 году ВСУ выстояли. Это ли не подтверждение того, что мы можем? Подтверждение, я считаю.